(до сих пор) прослушивая разные новые композиторские пьесы, начинаю окончательно убеждаться в том, что любая организация процесса в музыке (если эта организация связана с попыткой неинерционного конструирования тела произведения) жалка. сознание человека совершенно неспособно на создание временной структуры, интересной хотя бы в какой-то мере. любой ход композиции находится (естественно) между человеческими гранями восприятия динамизма элементов драматургии, в связи с чем с определённого этапа развития слушателя становится в идеальном случае тотально неинтересным (тогда начинает работать вычитание из звучащей музыки скучной композиции), а в худшем - тошнотворным из-за неадекватности творческой интенции и реально возможного её воздействия
инерция (на основе любой предзаданности: формулы ли, полного ли отсутствия композиционных сдвигов) хороша тем, что она всегда является прямым отказом от попытки заинтересовать слушательское (важно подчеркнуть, что именно слушательское, а не аналитическое (последнее мне представляется важным только для возможности отрицания результата полученного анализа)) внимание, низводит себя к нулю самостоятельно, предварительно, соответственно, сводя к нулю ожидания реципиента по отношению к композиционной составляющей музыки
таким образом, принципиальная разница между композицией, в основе которой лежит попытка сконструировать нечто, которое предполагает быть интересным, и композицией, отказывающейся от этого, только в том, что в первом случае художник всегда проваливает как минимум половину своей работы, а во втором - проделывает только то, что имеет шанс не быть провалом